|
Теперь лишь Машина время от времени звонит мне в надежде увидеться, но я каждый раз нахожу какую-нибудь отговорку.
Все это я пишу только для того, чтобы ты не беспокоилась за меня. Ты же, хоть ради меня, обещай, что не станешь спешить с операцией. Какое-то чутье подсказывает мне, что все эти мюнхенские светила не умнее дядюшки Лустига.
 Звонил торговый партнер Миши, с которым ты опять прислала мне посылку. Что бы в ней ни оказалось, я принимаю ее с благодарностью, но мне хотелось бы, чтобы впредь ты перестала это делать. Правда, в прошлый раз я сама просила тебя прислать платье из голландских кружев, но это тоже остается на совести Паулы. Пусть между нами все будет, как и прежде, Гиза. Такая уж, видно, у меня дурацкая натура, что мне приятнее самой давать людям; если же я принимаю от них, это меня унижает. Отнесись ко мне с пониманием. Единственная роскошь бедняка — его гордыня.
12 ПОСЛЕДНИЕ ДВАДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ ЧАСА
Ночная прогулка в Надьбабонь не прошла вдове Орбап даром. Ноги у пее распухли, как тумбы, трое суток Машина была вынуждена проваляться в постели; но даже на четвертый день ни одни туфли не налезали.
Однако больше Машина не могла валяться без толку; элегантно разодетая, но в домашних шлепанцах отправилась Машина из дома в свой последний путь.
Впрочем, вынужденное свое затворничество Машина сносила спокойно, или, вернее, покорно. Супруги Сабо, приготовившись к худшему, с удивлением обнаружили, что Орбан не только смирилась с утратой кошки, но даже, когда они объявили ей, что свою жилплощадь на год уступают семье лаборанта с двумя детьми, это не было встречено ею в штыки. Кстати, предположение о том, что чета Сабо из ревности сплавила кошку в чужие руки, оказалось ошибочным. Адъюнкт и его жена неожиданно получили Рокфеллеровскую стипендию на год; поэтому кошку они препоручили родителям жены, а комнату временно сдали внаем.
Узнав эту новость, Орбан заметила лишь, что и Машина была бы не прочь съездить на годик в Америку.
В колодец свет проникает только сверху. Старость же освещается только прошлым. Старики — подобно ребенку, у которого одна-единственная книжка с картинками,— без копца листают одни и те же страницы. Бывают, однако, среди стариков и такие, кому одной книги оказывается недостаточно. Орбан, к примеру, когда воображение увлекало ее, ловко умела обходить собственные воспоми-напия, будто лужу на дороге. Но в последний день своего вынужденного лежания Машина велела Мышке извлечь из глубины шкафа обувную коробку, в которой хранились старые фотографии, письма, газетные вырезки со статьями музыкальных критиков и прочие разные пустяки — памятные вехи прожитой жизни.
— Смотрн не перевороши,— цыкнула Машина на Мышку. Фотографии, на которых были изображены люди, она
проглядела мельком. Ей не хотелось видеть лица. Машина искала что-то другое.
— Взгляни-ка,—сказала Машина Мышке,—вот кузов был, тот завод.
— Какой завод?
— Сахарный завод Данцигеров. -— А почему вы сказали «был»?
— Потому что его закрыли.
— Зачем же его было закрывать? Прелесть, до чего
мп:..~-;- заводик!
— кузов устарел и перестал приносить прибыль. Когда Лайоша Сэла перевели в Надьбабонь, туда же перевезли и все оборудование. В квартирах для служащих первое время еще оставалось несколько жильцов, но впоследствии Тиса размыла шоссе, и добираться из поселка в Лету стало хлопотно. Крыши растащили, вдоль степ вымахал бурьян. (На фотографии виднелся лишь угол дома, поросшего плющом.)
— Жалость какая! — вздохнула Мышка.
— Написать об этом Гизе у меня так и не хватило
духу.
— У меня и то сердце кровью обливается.
— Принеси-ка вон ту коробку, перевязанную шнурком. У Орбан скопилась целая уйма разных коробок, но ни
в одной Машина не нашла того, что искала. Настал черед ящиков шкафа. И тут Мышка обнаружила крохотный заклеенный пакетик, судя по описанию хозяйки, именно тот, что был нужен. Пакетик вскрыли: в нем находились какие-то мелкие обрывки бумаги.
|
